Музейный патруль

17 сентября «Литфонд» продаёт в Петербурге первую в истории европейского книгопечатания биографию русского монарха. Издание 1588 года, называется «Удивительные, ужасающие, неслыханные повествования и правдивые истории, а именно: жизнь недавнего великого князя в Москве Иоанна Василида». Повод был конкретный. Поляки думали, не пригласить ли на престол Речи Посполитой русского царя Фёдора Ивановича, сына Грозного. Книга лютеранского пастора Пауля Одерборна стала ответом: вот вам биография отца кандидата, полюбуйтесь. Это было не историческое сочинение, а агитация перед выборами короля. И наполовину она списана с античных авторов, иногда с простой заменой топонимов. Речь Ивана перед подданными накануне опричнины почти дословно скопирована с речи Александра Македонского перед персами. Погром Твери и Пскова взят из описания злодеяний сиракузского тирана Дионисия. А фраза, вложенная в уста царя «Oderint dum metuant» (пусть ненавидят, лишь бы боялись) знаменита тем, что её любил повторять Калигула. Дальше в том же духе. Иван у Одерборна «величайший преступник среди правителей и тиранов». Отец его, Василий III, «надменнее Аякса». Орёл, пишет автор, голубя не родит, так что от такого родителя и должен был явиться «чудовищный зверь, который принесёт вред всему свету». Но кое-что автор всё-таки признал: что Иван был опытен не только в дурных искусствах, но и в военном деле, обладал редкой памятью, сам читал челобитные и ставил на должности не по богатству, а по годности к делу. Единственное, за что его тут прямо хвалят. Именно так складывалась «иваниана» — направление, в котором Московия описывалась как Антиевропа. Книга, которую продадут 17 сентября, стоит у его истоков.

Аукционный дом Saffronart поставил рекорд для индийского искусства: «Яшода и Кришна» Раджи Рави Вармы ушла за 17,9 миллиона долларов. На этом рынке десятилетиями правил модернизм, а верх взяла религиозная картина конца XIX века, написанная в подчёркнуто европейской манере. Варма родился в 1848 году в королевской семье Траванкора и решил стать живописцем в эпоху, когда художник по социальному положению был примерно равен портному или краснодеревщику. Принц, который первый в Индии начал писать индийские мифологические сюжеты в европейской технике и придумал как выглядели индуистские боги. Потом завёл типографию и так родилась целая отрасль, которую исследователи называют индустрией божественных постеров: сегодня трудно найти индуистский дом, лавку или мастерскую без такого листа на стене или на алтаре. Европейская масляная живопись с её светотенью и глубиной занималась отражением наблюдаемого. Варма применил её к тому, чего никто не видел, и получилось так убедительно, что вытеснило конкурирующие версии. Дальше сработал тираж. Ругали его за это много: говорили, что он подменил тысячелетнюю традицию салонной красивостью колониального образца. Рекорд в 17,9 миллиона — своего рода ответ на тот спор, хотя и не тот, которого ждали искусствоведы. Его картины разошлись миллионами дешёвых оттисков и стали каноном. Перед этими листами молятся до сих пор.

На фоне всех недавних ограблений спецагент ФБР Джейк Арчер, занимающийся преступлениями в сфере искусства, сделал несколько интересных заявлений. Публикаций в прессе о кражах стало больше, это факт. Но рост самих краж доказать нельзя, потому что единой базы ограблений нет. «Эпидемия ограблений» — медийный тренд. Украсть намного легче, чем продать, поэтому многое просто уходит на дно на поколения. Спрятать неодушевлённую вещь можно где угодно и навсегда: это беда для следствия. Музейные предметы редко привлекают профессиональных воров. В основном это мелкие, неискушённые преступники, не умеющие извлечь из добычи выгоду. Мотив: страсть, желание «подвига». Гениальные злодеи специализируются не на самом воровстве, а на торговле награбленным. Закон, дающий ФБР федеральные полномочия по музейным кражам, приняли в 1995 году после ограбления музея Изабеллы Стюарт Гарднер в Бостоне в 1990-м. Дело до сих пор открыто. Тогда за восемьдесят одну минуту воры вынесли тринадцать работ: Вермеера, двух Рембрандтов, рисунки Дега. Сегодня это оценивают более чем в 500 миллионов долларов, крупнейшая кража произведений искусства в истории. Изабелла Стюарт Гарднер завещала, чтобы в её музее никогда не меняли экспозицию. Поэтому пустые рамы висят на своих местах уже тридцать шесть лет. Из пяти картин две вырезали прямо из рам, рамы остались. Экспонатом стало отсутствие. Лучшая иллюстрация ущерба.